Category: отношения

Category was added automatically. Read all entries about "отношения".

К истории русской литературы, выписи.

Эдуард Вениаминович, бывший писатель, пишет о вчерашнем мероприятии:

"Я воспринял эту коллективную проституцию как феномен такого транса, экстаз предательства. Дескать, возьми меня чужой, евромайдановец в маске, страшный в гари и грязи, с арматурой в руке, от тебя несёт пылью и вонью майдана, несёт кровью и моргом, возьми меня креативную, я твоя! Белоленточная, влюблённая во врага, тётка буржуазия!"

Мне одному тут мерещится сложная автоцитата, отсылка к знаменитой сцене любви с негром из "Эдички"?

Ох, конечно, старость не радость.

Открытка старику Фуко.

Почему-то мало пишут, что депутат Мизулина сотоварищи замахнулись, по заветам старика Фуко, на реализацию концепта биологической власти. Настоящая биополитика, хоть учебник пиши.
Но вот что смущает: они там, со своей борьбой против «нетрадиционных сексуальных отношений», защитой скреп, традиционных ценностей и прочими вкусностями, кажется, неспособны довести собственную мысль до конца. Людям надо помочь.
Так вот, понятно, что пляски эти – вокруг неприемлемости секса как такового. За исключением печальной необходимости размножаться. Секс вреден – это может быть обосновано условно рационально – секс отвлекает от борьбы в то время, когда страна в кольце врагов и каждый боец на счету, или иррационально – поскольку секс греховен. Нынешнюю российскую власть, явно претендующую на статус биологической власти устроят оба объяснения.
Но надо в таком случае идти дальше. Надо не просто ограничивать права на аборт и контрацепцию, как планирует Мизулина. Надо ограничивать права на секс, не ведущий к зачатию. В идеале – надо стремиться к запрету.
Тотальные медицинские обследования. Запрет на секс для людей бесплодных – в их исполнении секс это бессмысленная трата калорий и спермы. Запрет на внебрачный секс. Тут сразу и польза, и борьба за нравственность. Запрет на контрацепцию, естественно.
В перспективе, разумеется, талоны на секс. Только супружеским парам и только в период овуляции. Мониторинг. Вернее – контроль: совокупления исключительно в позах, максимально благоприятствующих зачатию. В качестве контролеров могут выступить активисты молодежных движений. Заодно опыта наберутся.
- Дорогая, сегодня наш день!
- Позвоню в «Россию молодую», пусть к 11 наблюдателя пришлют. Лучше девочку. Я мальчиков как-то стесняюсь.
И, поскольку в таких условиях право на секс как удовольствие становится ценностью, его автоматически получают руководители ОНФ, правительства, силовых ведомств. А герои труда и всяческие активисты поощряются билетами на посещение государственных лупанариев.

Надеюсь, мы это все увидим в течение лет двух ближайших. И, кстати, если вы думаете, что фашистская борьба био-власти за тела чем-то отличается от фашистской борьбы био-власти против курения, то вы не правы.

(Про что-то похожее я написал в последних «Пяти копейках» на «Слоне», в третьей новелле http://slon.ru/russia/moi_pyat_kopeek-951130.xhtml)

Заклинание для белых пчел.

Зима подходит неслышно, целует в шею,
Думает, глупая, я здесь что-то решаю.
Дернуть бы восемь ковшей, как тому Кощею, 
Чтоб поперхнулись от зависти кореша, и –

Прочь, из нее от нее в нее, потому что она повсюду.
Прочь, из себя от себя в себя ледяные глаза уставив.
Мне не по возрасту корчить веселого непоседу.
Ваш монастырь пустее моих уставов.

Белые пчелы, где ж ваши жала?
Не терзали сегодня меня уж вы бы хоть.
В
аша хозяйка мне горло сжала,
Давит на грудь, и мешает выдохнуть.

Белые пчелы верят в свою удачу,
Прут напролом, и бьются о щеки, тая.
Люди решат теперь, будто я здесь плачу,
Белые пчелы, ну что ж вы, пустая стая. 

Записки на перилах.

Шел по длинному мосту, читал, что люди пишут на перилах.

Пишут люди в основном про любовь, счастливую и несчастную. Как и учил нас граф Толстой, - про счастливую уныло и однообразно, про несчастную - не без выдумки.
Счастье, - ну что счастье. "Зайчик, я хочу быть с тобой всегда". "Леночка, ты мое солнышко". Бесконечные ряды сердечек.
Несчастье побогаче впечатлениями: "Светка из 9 "Б" - шалава, блядь, и костлявая сука". "Костлявая". В этом наблюдательность. Знание жизни. Порыв из общего выдернуть особенное, оставить четкий след.
Счастливый так не напишет.

Футбольные фанаты также ведут бесконечную и бессодержательную переписку. "Москва без мяса". И ответом - "О.У.К.Б."
Впрочем, в нашем, спартаковском случае это ведь тоже про несчастную любовь.

Много грустного о гостях с Кавказа, как это теперь в Москве принято. Не запоминается ничего вовсе, разве вот короткий стишок: "Счастье в каждый дом приносим, 14/88!"

И тут вдруг - ступеньки вниз, перила наискось, и надпись иголкой в глаз - "Здесь драли Настю".
Задумаешься.
Это про счастливую любовь или же про несчастную?
Кто автор? Торжествующий любовник, фиксирующий факт своей победы посткоитально? Любовник отвергнутый, пытающийся неверную подругу разоблачить? Сама ли Настя, вспоминающая о временах лучших?
Как-то не верится, что речь о насилии. Даже для подростков, взбудораженных страстью и скверным пивом, - писать чистосердечное гвоздем на металле, - ну, как-то слишком. Ну, нет, нет.

Но главное - вокруг прекрасные заросли разнообразных кустарников. Отчего ж на ступеньках-то, и неудобно ведь, и просматривается отовсюду? Эх, молодежь.

(Будем считать, что это робкая полемика с Московской городской думой, решившей запретить подросткам секс).

Это только танцы.

Поговаривают, раз в месяц, в полнолуние, часа этак в четыре утра Манежную площадь оцепляют вдруг автоматчики, изгоняя, впрочем, довольно вежливо, редких влюбленных и забулдыг.
В Кремлевской стене открывается тайная дверь, и на площадь, озираясь пугливо, выходит Владислав Юрьевич Сурков.
Сперва стоит, собираясь с духом, а потом вдруг пускается в пляс.
О, те кто видел, не дадут соврать - это настоящая, зажигательная лезгинка. Концентрированная страсть. Взрыв. Неудержимое пламя.
Правда, никто этого не видел: даже автоматчики из охраны - специально обученные слепцы, реагирующие только на звук. Они и зарплатную ведомость подмахивают не глядя.

Длится все это какие-то секунды. Владислав Юрьевич останавливается вдруг, машет рукой от бессилия, и возвращается к себе в кабинет, о России думать.

Пермское.

В Перми разыгралась трагическая история с участием классического любовного треугольника: мужа, жены и ее любовника. Как сообщает издание "Русский мир", 38-летний Владимир раньше времени вернулся домой из командировки и решил устроить своей жене сюрприз, спрятавшись в шкафу-купе. В гардеробе муж находился несколько часов, за это время у него случился сердечный приступ. Попытки выбраться из множества платьев ему не удались. Запутавшись в одежде жены мужчина умер, так и не получив медицинской помощи.

Между те,м ничего не зная о трагедии, 30-летняя Лариса считала, что муж находится в отъезде, и пригласила к себе 20-летнего любовника. В разгар свидания парочку напугал звонок в дверь. Любовники решили, что это вернулся муж, и решили спрятать ухажера в шкафу. И женщина, и ее любовник пережили шок, когда, открыв двери шкафа, увидели внутри бездыханное тело супруга. В дверь, между тем, звонил почтальон, который доставил письмо.


http://nina-solovey.livejournal.com/238452.html?mode=reply

В поисках ассиметричного ответа.

Все думаю, что могло бы стать базой для русского аналога "Викиликс".
Понятно, между прочим, что русский "Викиликс" должен быть государственным.
Пока такая идея.

Как-то раз беседовал я с начальником аналитического отдела государственной радиостанции "Голос России". Если кто не в курсе - это древняя такая структура, на ста двадцати двух языках вещающая в пустоту. Поскольку большинством языков не владеют там даже руководители соответствующих редакций, о чем конкретно вещает радиостанция (на средних волнах, кстати), доподлинно не известно никому. Но предположительно - несет Албании и Пакистану свет суверенной демократии.
(Вообще, место удивительное и достойное отдельной, длинной саги, но я сложу ее как-нибудь потом).
Так вот, беседуем значит с начальником отдела, а нет, черт, там все серьезно очень, и отделы называются громко. Беседуем с руководителем Центральной Дирекции Анализа, а у него подчиненных - не соврать - этаж. Сидит человек сто дедов в наушниках, чего-то слушают, чего-то пишут.
- Слушай, - говорю, - а чем они у тебя все заняты?
- А черт их, - отвечает, - поймет.
- Не, ну серьезно?
- Серьезно. Шесть человек у меня календари делают и справки готовят, а еще сто - тяжелое наследие прошлого. Радиоперехват.
- Чего?! - изумляюсь я.
- Радиоперехват. Сидят, слушают сплошняком иностранные радиостанции. Отлавливают информацию о России. Анализируют как-то. В таблицы какие-то забивают.
- И чего?
- И ничего. Лет двадцать уже этого не читал никто. Вообще никто.
- А они, - аккуратно так спрашиваю, стараясь не сказать "вы", чтобы не задеть хорошего, доброго человека, - в курсе про интернет, всеобщую доступность в наше время вражеской прессы, всякие такие штуки?
- Не знаю, - спокойно отвечает руководитель дирекции, - но не переучивать же. Вон, они все старенькие, пусть уж ходят на любимую работу. Люди заслуженные, из них многие еще Белу Куна помнят.

Бела Кун во время оно и правда на означенной радиостанции подвизался. А некоторые сотрудники, как я позже случайно выяснил, еще и Александра Второго, Освободителя, застали, для них Бела Кун - мальчик.

Так вот, я уж не знаю, как там весь этот радиоперехват хранится, может, на перфокартах, может, в рукописях. Но это ж страшные терабайты абсолютно бессмысленного гону. Вот бы все это взять да и в интернет выложить! Американцы крякнут от зависти. Опять же бюджет.
Ну а читать? Зачем читать. Тут ведь главное процесс, движение и ассиметричный ответ агрессорам.

Реквием.

Лестничная площадка жилого дома на Покровских воротах. Набитая окурками консервная банка – центр притяжения жильцов.
На подоконнике сидят Хоботов – пожилой оборванец, сочиняющий в журналы «Ошито» и WC статьи о модных трендах, тонкий знаток творчества современных дизайнеров, и Людочка. Людочка недавно приехала из провинции, и трудится в милиции на второстепенной должности.
Они познакомились, когда на Хоботова оформляли протокол, - он набросился на трех сотрудников ППС, попытался избить их и насильственно всучил им свой бумажник, разумеется. Теперь между ним и Людочкой – робкое чувство. К тому же Хоботов разводится и у него квартира в центре.
Людочка листает какой-то альбом.
- Так красиво…
- Это Версаче. Человек трагической судьбы. Его застрелил бывший любовник, гей…
- Эгегей, Людочка! Здравствуйте! – на площадку выходит Костик, вечный аспирант изысканного вида и соответствующей ориентации. Слегка кавказец или не совсем, поговаривают, что поторговывает. Остроумец и весельчак.
- Кстати, - говорит Костик, - вы слышали, Людочка, Александр МакКвин повесился!
- Какой ужас!
Двери одной из квартир раскрываются. На площадку вываливаются Велюров – артист «Аншлага», мечтающий перейти в «Камеди», и Соев – автор-сочинитель.
Велюров жестикулирует и кричит гневно:
- И это финал!
Я раньше был грозен, по зову души
Громил Ходорковского, братцы!
Но время пришло, и теперь я решил
Модер-
Низии-
Рооваться!

Модер-низии-ровоаться!!!!
И это финал?!
Соев отвечает с достоинством:
- Да, это финал. Моей Татьяне Никитичне очень нравится.
По лестнице поднимается юноша-хипстер, в больших очках и странном наряде. Подмышкой – журналы «Ошито» и WC. Близоруко озирается. Замечает Костика:
- Я весь такой нерешительный… Такой противоречивый весь…
- А, Андрей Адамович! – радостно кричит Костик, - Пойдемте, я уже приготовил вам дивиди-диски…
- Дивиди? – переспрашивает недоуменно хипстер.
Костик хватает его за плечи и уводит в квартиру.
Минут через пять или семь юноша выходит, походка его странна. Он осматривает собравшихся, и произносит в пространство:
- Я весь такой порывистый… Загадочный такой весь…

Умели отдохнуть красиво.

Открытый конкурс Министерства связи, пункт третий.

Исследование основных направлений создания портала Минкомсвязи России, подведомственных агентств и службы (Шифр темы ЦА/52-09) 12 000 000.00 RUB

http://www.zakupki.gov.ru/Tender/ViewPurchase.aspx?PurchaseId=508611

400 000 баксов даже не на разработку сайта, а на "исследование направлений".
Зависть, белая зависть.

Секс и отношения.

Кусок большого, но внутри себя завершенный, поэтому пусть полежит тут. Тем более, он про секс и отношения, как сказано выше.

Гарик засеменил по Мясницкой, смешно перепрыгивая через лужи.
- Куда идем-то? – Петр догнал его у банка, они перешли через дорогу.
- Говорю же, есть один человек.
- Кто он?
- Ну, допустим, переводчик. Это неважно.
- И что переводит?
- Всякое англоязычное барахло. Ты наверняка что-нибудь в его переводах читал. Он однажды прославился. Знаменитому романисту в конец произведения вписал две страницы от себя. Прошло на ура. Никто не заметил. Ну, как никто. Пара зануд заметила, конечно, но русский текст от этого всего стал только лучше. Доходчивей. Как-то что ли. Хоть и подлиннее.
- Ты бы хоть позвонил ему, предупредил.
- Ты просто не понимаешь, о чем говоришь. Ему позвонить нельзя. У него телефон вечно выключен. Он от баб прячется. Баб у него, наверное, тысячи. И все влюблены безумно. Прощают, страдают. В общем, даст он тебе совет какой-нибудь, уж поверь мне.
- Мы домой к нему идем? В гости? Давай хоть бутылку купим.
Collapse )