January 14th, 2011

Прочел в чужом дневнике -

не ручаюсь, впрочем, за точность цитаты - но мысль, как репей, прицепилась к каким-то внутренним волосам, и ее трудно теперь вырвать: "Старый новый год - это шанс начать новую жизнь для тех, кто не успел".
Про меня. Какие к черту волки.

Я который уже день боюсь открыть дареный ежедневник на 2011 - мне кажется, стоит только начать реестр несделанных дел, и поводов не делать их не останется, зато обозначится чувство вины, пока не особенно острое. Я не про работу, естественно, вообще, не про других, но я столько всего наобещал сам себе.
Начать новую жизнь. Взять и завтра начать новую жизнь. Проснуться другим человеком. Допустим, с усами. То есть, совсем другим. И чтобы звали как-нибудь смешно. Николай. Или совсем уж смешно - Анатолий.
Просыпаешься, короче, и оказывается, что ты Анатолий.
Встаешь, разумеется, рано, на завтрак ешь что-то такое, чего обычно избегаешь, ну, в моем случае, в принципе - завтракаешь, надеваешь шляпу (это надо же придумать - шляпу), идешь на работу. Заниматься чем-нибудь бессмысленным и монотонным. Писать, например, статьи о политике. Или делать держалки для елочных игрушек.
Вообще, однообразная, монотонная и бессмысленная работа завораживает. Нет, не вообще, а лично меня. Уводит от возможности думать. Это серьезное благо, которого я лишен.

Интересно, какая жизнь у Анатолия. Он что-то берет на обед в столовой. Двигает по замызганным рельсам поднос грязно-коричневого цвета вдоль витрин с малосъедобной пищей. Смотрит, как плавает в мутном супе какая-нибудь гречка. Подсаживается за столик к Ленке, кто она там. Не важно. Особа, приближенная к начальству. Сидит на ресепшн, раскладывает пасьянс. Анатолий краснеет, тужится, старается ей понравиться, что-то сказать умное. А у него в усах гречка, и Ленке смешно.
Анатолий печалится.

Потом, вечером, едет с бутылкой пиво в метро, и смотрит на людей вокруг. Потом смотрит на людей в телевизоре, макая сосиску в кетчуп. Потом проваливается в сон без сновидений, потом.

Мой добрый друг сказал сегодня, что начал писать книгу о несчастной любви, но на третьей странице заскучал и бросил. Он упорный, я начинаю скучать от одной уже мысли о том, что можно ведь написать книгу.

Увидев в ленте вот это фото

http://gouselle.livejournal.com/263353.html

задумался, не в первый уже раз, о котах.
Котов многие считают тварями бесполезными. Существами непроизводительными. Ярко выраженными - в условиях современной городской квартиры, где некого ловить, ну, то есть, в худшем случае, можно ловить тараканов, если вдруг у кого-то остались еще тараканы но тараканов коты все равно не ловят, - так вот, ярко выраженными паразитами.
Циничными предельно, интересующимися всерьез только едой, неспособными на глубокие чувства (кстати, а сами-то вы способны? я вот в себе сомневаюсь).
Ну и так далее.
Много горькой правды в этих словах. Но есть одна деталь, которую упускают суровые критики.
При всей своей эгоистичной бессмысленности, коты все же кое-что производят. Коты производят радость.
Коты - это маленькие самоходные фабрики по производству радости.
На них приятно смотреть. Их приятно потискивать. Их дураковатость завораживает. Когда они спят, играют, едят, бессмысленно слоняются туда и сюда, или что-нибудь в квартире разрушают, - вокруг концентрируется радость.

Пока я это писал, кот Мух дважды отключил интернет, например, а теперь стоит рядом, глядя в монитор, и отчаянно хрюкает. Ему нравится явно, как появляются из ниоткуда буквы. Иногда он бьет их лапой. Осторожно так, недоверчиво.

Присмотревшись к фотографии, понял, что в ней так заворожило. Сразу три объекта, которые мне нравятся, и некоторое их взаимодействие. Отличный кадр.