ivan (ivand) wrote,
ivan
ivand

Category:

Как я стал экстремистом.

Юрист одного уважаемого издания сказал мне, что нижеследующий текст - экстремистский, перевернув мои представления о мире. Ну, ладно, здесь разожгу.

Азбука пука и требования гигиены
Как-то раз, после напряженного трудового дня, я решил порадовать себя чем-нибудь вкусненьким. И зашел по дороге домой в любимый супермаркет «Азбука пука». Взял бутылочку пива, багет, и упаковочку копченной каллипиги (обожаемая рыбка!). Каково же было мое разочарование, когда, придя домой, и включив остросюжетный сериал, я обнаружил, что каллипигу мне подсунули тухлую. По счастью, у меня сохранился чек. Я вернулся в магазин, но продавец в рыбном отделе заявил, что это мои проблемы! Хорошо, что у меня хватило смелости позвать менеджера. Менеджер сразу же во всем разобрался, извинился, поменял товар на свежий, выдал баночку икры за беспокойство, а продавца на моих глазах отхлестал испорченной рыбой по морде. Как же здорово, что «Азбука пука» дорожит своей репутацией, и как же хорошо, что в наше непростое время там работают такие замечательные люди!
В этом тексте кошмарно все: корявая попытка девочки-хорошистки, лишенной иных талантов, кроме усидчивости, изобразить мужской доверительный тон. Эпитеты - «обожаемая», «напряженный», «остросюжетный», «непростое». Деланая искренность и липовая радость. Даже восклицательные знаки. Разве что холопский восторг — наделенный властью человек другого унижает, не меня, да еще и ради меня, и на моих глазах, - походит на настоящий. И выдает автора — сотрудника паршивого рекламного агентства с грошовым заработком, занятого SMM. Рекламой в социальных сетях, которую, по капризу клиента, надо замаскировать, выдать за «удивительный случай из личной жизни».
Тем не менее, этот или очень похожий текст долгое время всплывал в моей ленте в «Фейсбуке», и обсуждали его всерьез люди не самые наивные. Разделяли восхищение автора. Возмущались барским поведением менеджера. Вспоминали собственные истории общения с сотрудниками супермаркетов.
Постбирюлевские времена подарили нам новый жанр. Не самые наивные люди репостят и обсуждают рассказы о зверствах мигрантов. О героизме русских парней. О героизме мигрантов. О зверствах русских. Рассказы — в товарных количествах. Комментарии — потоком. Шум, споры, угрозы, проклятия. И никто не хочет замечать, что тексты эти по манере исполнения ничем не отличаются от истории о тухлой рыбке в супермаркете «Азбука пука».
Мы с Исой ехали в метро. Вокруг толкалась русня. Воняло неверными. Иса сказал: - Муса, давай покажем русам, чей это город. Мы принялись танцевать лезгинку, напевая нашу любимую песню «Аллах акбар!» Трусливая русня жалась к стенкам. На ближайшей остановке все эти бараны вышли. Остался только грязный ветеран на костылях. Мы его повалили, оторвали деревянную ногу, и стали этой ногой тыкать в харю. А в русню, которая пыталась войти в вагон, кидались побрякушками ветерана — георгиевскими, как он кричал, крестами, которые ему сам генерал Ермолов выдал за штурм дворца Амина в Кабуле.
Я вошел в маршрутку. Поприветствовал Махмуда, водителя. Мы с ним старые приятели. Махмуд аккуратно и ловко повел маршрутку к метро. Но тут какой-то бритый парень без следов интеллекта на круглой, как блин, морде, закричал: «Россия для русских!» и нанес Махмуду сто сорок восемь ножевых ранений. А потом выскочил в окно и никто не попытался его задержать. Я сказал: «Махмуд, давай вызовем скорую!» «Нет, - ответил он. - Я должен довести людей до места!» И только когда мы доехали до метро, Махмуд упал. Осенний ветер трепал мои волосы, а я не мог спрятать слезы. Спасибо тебе, Махмуд.
Мои знакомые провожали девушку, и остановились у ларька с газетами, купить журнал «Наука и жизнь» и газету «Культура». Но тут к ним подбежал пьяный азербайджанец и стал орать: «Эй! Русские свиньи, уходите, это мой телька, и я буду с ней трахать!» А когда мой друг попытался заступиться за свою подругу, животное вытащило нож и вырезало ему глаз. Хорошо, что в этот момент из метро вышел простой русский правый парень Иван, который одной рукой задержал и обезвредил преступника, другой достал из кармана телефон и вызвал врачей с полицейскими, а третьей собрал свидетелей.
Красавица Роза, таджичка, которая убирает наш офис, с утра была грустнее обычного. Я заглянул в ее прекрасные глаза, черные и бездонные, и спросил: «Что-то случилось, Роза?» «Да, - тихо сказала она, - у меня теперь каждые три минуты проверяют документы, плюют мне в след и проклинают, а ведь я — такой же человек, как и вы». Мне было стыдно перед Розой за себя, за всех этих скотов в Бирюлево, за мой народ, состоящий из хамов и подонков. Я заплакал и не стыдился своих слез.
Иду по улице, представляете, а там нищий сидит, старичок, и народную песню старинную, «День победы» на балалайке играет. И тут подходят к нему два каких-то дагестанца, и говорят: «Ну ка играй нашу, про Хас-Булата!» А он такой встал, на костылях приподнялся, и говорит: «Фашистам не кланялся и вам не буду!» А они ему балалайку сломали, и в иконку Николая-Победоносца плюнули. Я заплакал от бессилия и стыдился. Или не стыдился. Какая разница.
Одну из этих историй озвучил записной дурак с трибуны парламента. Другую я извлек из государственнического таблоида с миллионным тиражом. Вторую, третью и сто сорок пятую — из социальных сетей
.
И знаете, что я вам хочу сказать? Я, разумеется, против того, чтобы простым русским парням вырезали глаза ножами. Я, в конце концов, и сам — простой русский парень, а глаза свои не на базаре купил. Мне не нравится, когда унижают ветеранов, или когда расисты набрасываются на людей со смуглой кожей.
И больше того, я даже не против рекламы. Спокойно отношусь к тому, что телевизор мне время от времени сообщает: кашель похож на бесконечный лабиринт, а «Лада Гранта» поражает сочетанием дизайна и технологий. Кстати, от себя скажу: и правда ведь поражает. Но когда рекламу неумело маскируют под историю из жизни, когда рекламный текст без рамок и специальных пометок, - я сразу начинаю подозревать, что мне пытаются впарить какую-нибудь тухлятину.
В лучшем случае авторы этих текстов продают себя. Я, герой русского сопротивления, противостою черной угрозе, думает толстый домашний мальчик, который в жизни боится даже мух. Не говоря о собаках. И колотит по клавишам, путая Георгия Победоносца с Николаем Угодником. Я — сострадательный всечеловек, думает унылый офисный работник, который в жизни словом не перекинулся с обширной шестидесятилетней дамой, убирающейся у него в конторе, и таджичкой ее называет только потому, что искренне полагает: все гастарбайтеры — таджики. А в маршрутке вообще никогда не был, предпочитая передвигаться по городу на купленном в кредит «Форде».
В лучшем случае все эти мастера пера пытаются нам впарить себя, в худшем — тухлятину посерьезней. Поэтому постарайтесь не тиражировать тухлятину, - хотя бы из гигиенических соображений. Серьезные проблемы не решаются, и даже ясней не становятся от того, что мы подменяем поиск решения обсуждением скверных анекдотов. Да еще и в рабочее, как правило, время.
И да, вот еще. Если у вас с древнегреческим отношения сложные, спросите поисковик о значении слова «каллипига». Возможно, эта рыба в начало текста пробралась не случайно.
Subscribe

  • Властелины времени.

    ВЛАСТЕЛИНЫ ВРЕМЕНИ В обвинительном заключении по делу Николая Заболоцкого утверждается, что в 1935 году в Ленинграде была создана…

  • Выписи. Митрофан.

    Принято считать, будто русские поэты семнадцатого века любовных стихов не писали. Ну, не знаю. Вот отличные, мне кажется, стихи о любви. Море…

  • Для памяти

    ЖАР Темно. Сначала бабушка пришла и говорит: - Ты чего-нибудь хочешь? А я хочу ничего. Тут у нас с родным языком спор: я знаю, что должен…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 57 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Властелины времени.

    ВЛАСТЕЛИНЫ ВРЕМЕНИ В обвинительном заключении по делу Николая Заболоцкого утверждается, что в 1935 году в Ленинграде была создана…

  • Выписи. Митрофан.

    Принято считать, будто русские поэты семнадцатого века любовных стихов не писали. Ну, не знаю. Вот отличные, мне кажется, стихи о любви. Море…

  • Для памяти

    ЖАР Темно. Сначала бабушка пришла и говорит: - Ты чего-нибудь хочешь? А я хочу ничего. Тут у нас с родным языком спор: я знаю, что должен…