| ivan ( @ 2008-05-12 14:36:00 |
В силу некоторой
необходимости отправился скитаться по руинам одного своего проекта.
И вот на это наткнулся. Целиком процитирую, ибо даже всплакнул:
Я вот что хочу вспомнить, старый, - как мы с тобой прощались с голодной уткой. Навсегда. Навеки прощались. Стиснув окурки, но без вот этих вот блядски ненужных слез. Это не тогда было, старый, когда ты в тубзалете ганджубасом облупился и кричал таксисту, что щас прям помрешь в его говновозе от щастья. С напором так кричал, с обидой. И не тогда когда ты там самую пубертатные стриптизершу, которая на Курникову подозрительно похожа снял, а потом из такси выгнал, под феминистические матюки про поганого козла - потому что тебе показалось, что ее обуревает похоть а жизнь бессмысленна. И даже не тогда, когда мы видели там живого менеджера с женой (плясал, говненыш, прямо в гаврилке, с вот этими пятницкими коленцами на глазах у нормальных, охуевших от "Короны" и таких корпоративных беспределов людей).
А было это когда мы пошли спасать Эдуарда Лимонова под окнами Лубянки и все кричали, что дескать, ну и что что писатель он хуевый, кто их читает-то книжки эти. А потом еще хотели вернуться. И на коне хотели скакать забесплатно, а то больно распустились коней по ночам водить возле где мы гуляем. И еще вот эту в одном бантике хотели из утки забрать, чтоб не продуло ее там, цыпок чтоб не появилось. А я сказал - да завтра же на работу. И ты говоришь, точно, надо же поспать. И как говорит политик Горячева это стало началом конца.
http://web.archive.org/web/200303161308 40/mesta.ru/otrasli/91.html
Самое смешное - ведь все это было. И свободы Лимонову требовали мы часа в три ночи под окнами известного здания на Лубянке, напирая на то, что хоть и плохой он писатель, но не сажать же за это.
И девочка, изгнанная из такси, сквернословила где-то на Неглинной, что ли, правда, изгнана была исключительно за то, что я вдруг подумал - ведь ей и шестнадцати нет, а холмогорить не хотелось.
И "Корона" с долькой лайма, вдавленной в узкое горлышко.
Да и вообще.
Где моя молодость?
необходимости отправился скитаться по руинам одного своего проекта.
И вот на это наткнулся. Целиком процитирую, ибо даже всплакнул:
Я вот что хочу вспомнить, старый, - как мы с тобой прощались с голодной уткой. Навсегда. Навеки прощались. Стиснув окурки, но без вот этих вот блядски ненужных слез. Это не тогда было, старый, когда ты в тубзалете ганджубасом облупился и кричал таксисту, что щас прям помрешь в его говновозе от щастья. С напором так кричал, с обидой. И не тогда когда ты там самую пубертатные стриптизершу, которая на Курникову подозрительно похожа снял, а потом из такси выгнал, под феминистические матюки про поганого козла - потому что тебе показалось, что ее обуревает похоть а жизнь бессмысленна. И даже не тогда, когда мы видели там живого менеджера с женой (плясал, говненыш, прямо в гаврилке, с вот этими пятницкими коленцами на глазах у нормальных, охуевших от "Короны" и таких корпоративных беспределов людей).
А было это когда мы пошли спасать Эдуарда Лимонова под окнами Лубянки и все кричали, что дескать, ну и что что писатель он хуевый, кто их читает-то книжки эти. А потом еще хотели вернуться. И на коне хотели скакать забесплатно, а то больно распустились коней по ночам водить возле где мы гуляем. И еще вот эту в одном бантике хотели из утки забрать, чтоб не продуло ее там, цыпок чтоб не появилось. А я сказал - да завтра же на работу. И ты говоришь, точно, надо же поспать. И как говорит политик Горячева это стало началом конца.
http://web.archive.org/web/200303161308
Самое смешное - ведь все это было. И свободы Лимонову требовали мы часа в три ночи под окнами известного здания на Лубянке, напирая на то, что хоть и плохой он писатель, но не сажать же за это.
И девочка, изгнанная из такси, сквернословила где-то на Неглинной, что ли, правда, изгнана была исключительно за то, что я вдруг подумал - ведь ей и шестнадцати нет, а холмогорить не хотелось.
И "Корона" с долькой лайма, вдавленной в узкое горлышко.
Да и вообще.
Где моя молодость?